Work Text:
— Ты только посмотри на это, — сказал Сережа, мученически вздыхая. — Это невыносимо.
— Мгм, — отозвался Олег.
Он валялся на диванчике рядом с Сережиным столом и делал вид, что сосредоточенно работает на планшете. По факту — наверняка залипал на видео с собачками (будь проклят тот день, когда Сережа решил добавить раздел для коротких видео).
Любому другому сотруднику Сережа бы давно уже устроил взбучку за такое несерьезное отношение к работе, особенно кому-то из начальства; но это был не случайный кто-то, это был Олег.
Сереже нравилось смотреть на Олега в своем кабинете. В идеале, конечно, хотелось видеть его чуть иначе: ближе, и не в качестве главы СБ, зашедшего посидеть у начальства, а как своего партнера; но и так было очень хорошо. Олег безмятежно улыбался, возмутительно хорошо выглядел в новом черном костюме и совсем не собирался опять пропадать из Питера.
На единственном этом факте и держалось сегодня Сережино самообладание.
— Ладно сам концепт, — он вздохнул, — но вот что мешало создать обычного бота? Устраивать всю эту суету, налаживать новый микросервис, и ради чего? Этого? Новый дизайн, Сергей Викторович, это будет совершенно другой юзер экспириенс, Сергей Викторович… Я нанимаю людей с тотальным отсутствием вкуса. И мозгов. И здравого смысла.
Ему на плечо опустилась большая теплая рука. Шее стало жарко, и Олег, почти задевая щекой Сережины волосы, сказал ему на ухо:
— Да миленько вроде.
— Я тебя уволю.
— Ну, с розовым перебор, конечно. Но в целом…
— Сегодняшним днем. Без выплаты премий и отпускных.
— И че, типа любому человеку можно отправить?
— Волков.
Олег хрипло засмеялся прямо ему в ухо; Сереже немедленно захотелось перестать возмущаться и расплыться в безмозглую лужицу, что-то в стиле блевотного дизайна нового сервиса валентинок, но он устоял.
— Ладно тебе. Ребята порадуются. Такое возвращение в детство.
— Именно, — скривился Сережа, — все процессы завтра встанут, они будут обсуждать эти писульки и сплетничать по кофепойнтам. Я им за что плачу? Половина сотрудников женаты, остальным отношения на работе крутить неэтично и неудобно, но и эти туда же! И главное — три спринта на то, чтобы вот это дерьмо реализовать. Три! Ты понимаешь? Ты знаешь, сколько людей там было в команде? Я сам им сейчас по валентинке напишу, неанонимной. С текстом «поздравляю с отсутствием мозгов! Кстати, ты уволен, целую».
— Ну уже прогресс.
Сережа обернулся к нему, приподнимая бровь.
Выбившаяся из хвоста прядь от резкого движения случайно заехала Олегу по лицу, и тот привычно вытащил пару прилипших волос у себя изо рта.
— Ну так. Лет пятнадцать назад ты, помнится, вообще всю коробку сжег, а тут всего-то пара увольнений. Добреешь!
Вокруг глаз у него собирались морщинки; он смотрел на Сережу будто подначивая, но по-привычному ласково. Захотелось отвернуться. Даже, может, смутиться — но Сережа, конечно, был выше таких низменных чувств.
Пусть он и не ожидал, что Олег знал о его причастности к ранней смерти школьного ящика для валентинок.
(Его преступление было вполне обоснованно: во-первых, так называемый праздник отвлекал от учебного процесса, а им нужно было готовиться к экзаменам, а не думать гениталиями; во-вторых, он видел накануне, как Олег пробирался к ящику и что-то в него засовывал. Конечно же, он не мог бездействовать.)
— Это все еще донельзя фальшивое порождение капитализма и самый безвкусный праздник, что можно выдумать, — он ответил Олегу, не сознаваясь, но и не отрицая своей вины. — Но надо же быть толерантнее к людям. Я расту над собой.
— Ага, — сказал Олег, на взгляд Сережи — излишне снисходительным тоном, а потом положил на стол глазированный сырок.
— Ты?…
— Подрался с половиной очереди в столовой ради этого конкретного порождения капитализма. Ешь. И работать заканчивай, десятый час уже.
И действительно.
Сережа начал медленно разворачивать обертку, отодвинув ноутбук и смотря на Олега; тот уселся на край стола и повернул экран к себе.
— Хм, — сказал. — Так как отправить эту херню-то? Просто на подсайт зайти?
Сережа чуть не подавился.
— Нет, — ткнул в него пальцем.
— Да ладно тебе…
— Не смей! Ты посмотри только на дизайн, разве тебе не противно даже думать…
— Да нормально же…
— Волков, я серьезно. Еще одно движение, и… кому ты вообще собирался писать, ты даже ни с кем не общаешься здесь, кроме меня!
Они держались за ноут, как спортсмены по перетягиванию каната. Олег нагло ухмылялся. Сережа хотел было бросить в него сырком, но сырок стало жалко.
— Все тебе и расскажи… Бля, Серый!
Сережа довольно захлопнул крышку ноутбука и придвинул его к себе, пока Олег тер укушенную руку.
— Не матерись.
— Тебе пять лет будто, блин. Ага, конечно, вот за мат зато…
Сережа показал ему язык.
Чувство победы заполняло его без остатка.
— Ну ладно, — фыркнул Олег, взял свой планшет со стола и быстро натыкал в нем что-то. — Во, отлично работает, кстати, даже багов никаких не вылезло, как у меня обычно… оставляй своих разрабов, не совсем плохи еще.
И, резво соскочив со стола, отправился к выходу.
— И не засиживайся, — сказал. — Тебе еще завтра письма фанаток читать.
Вот сволочь.
Полночь пришла и прошла, не оставив за собой изменений; Сережа сидел на кухне, уже у себя, и мрачно смотрел в экран ноутбука.
С одной стороны, хотелось это все оставить— пускай, и не нужно, и не стоит лезть, у Олега может быть своя жизнь, на которую он, Сережа, не вправе, но; с другой стороны — это было невыносимо.
И когда он вообще успел?… Нет, может быть, кто-то из случайных коллег, он не имел в виду ничего серьезного, только подразнить Сережу; но тогда — тем более ничего страшного не будет в том, чтобы подсмотреть? Узнать?
— Да господи, — Сережа сказал в пустое пространство кухни и с силой нажал на пробел.
Ноутбук мигнул, запросив пароль. Ладно. Ладно. Олег не узнает, а Сережа сделает вид, что не в курсе, Сережа очень хорошо притворяется, что все в порядке, — он открыл новую табличку в БД. Глянул отдельно нужный айдишник, отфильтровал по колонке отправителя… одна строка.
Ладно. Он не будет всматриваться, просто посмотрит на получателя, и…
До утра-то хоть дотерпел, великий хакер, начиналась ячейка с текстом сообщения.
Сережа кликнул в нее, раскрывая полностью. После вопроса — смайлик, закатывающий глаза, и, отдельным абзацем:
Пойдешь со мной на свиданку?
В графе с айди получателя красовалась гордая единица — можно было и не проверять, кому валентинка была адресована.
Ты идиот, он написал Олегу в обычном чате, дополнив стикером фыркающей лисицы.
Не дотерпел :)
Невыносимый идиот. И зачем это было вообще?
Тебе вся соцсеть уже по сердечку отправила. Хрен бы ты мое нашел.
Потому что у тебя нет никаких иных способов со мной связаться, очевидно, кроме этой вершины дизайнерской мысли.
Ну постремался немного.
Ты на вопрос-то ответь?
Отвечаю: нет, я не дотерпел до утра. И «хакер» — ужасное слово.
Серый.
Сережа, хихикнув под нос, открыл снова табличку базы; вручную добавил новую строчку, проставив айди получателя, и написал: Пойдем. С тебя время и место.
И зафорсил отправку уведомления.
Превращение в безмозглую влюбленную лужицу придвигалось быстро и неумолимо.
— Слушай, — сказал Сережа, отрываясь от чужого рта, — но кому ты валентинку отправлял? Не сейчас, это я понял, тогда. В школе. Когда я сжег все.
Олег вздохнул и ласково погладил его по лицу.
— Ты еблан?
— И ты этим ртом меня целуешь?
— Ага, — и потянулся подтвердить.
Сережа хихикнул и прижался ближе.
Но нет.
Подождите.
— Олег. Скажи. Мне нужно знать, я не обижусь даже, то есть, конечно, если это была Лена или, о боже, Катя, скажи, что нет, Олег, я надеюсь, что у тебя и тогда был хороший вкус, иначе мне придется с тобой…
Олег вздохнул.
— Ты все-таки еблан, — поцеловал еще раз. — Тебе это было, кому ж еще?
Продолжил целовать, ладонью залезая под футболку, и было так сладко под ним лежать, так хорошо—
Подождите.
— И ты, сволочь такая, пятнадцать лет об этом молчал?!