Work Text:
С вашего возвращения из Мартинеза прошла неделя. Трое офицеров РГМ сидят за длинным столом в теплом свете зеленых ламп. Перед ними — горы бумаг: отчеты, отчеты, отчеты. Тихо скрипят ручки и потрескивает старенький радиокомпьютер. Все это до боли знакомо. Ты — один из этих офицеров. Там, где ты должен быть.
ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА — Добро пожаловать обратно в семью, братец.
СИЛА ВОЛИ [ГЕРОИЧЕСКИ: ПРОВАЛ] — Буквы уже пляшут перед глазами. Если бы ты знал, что закрытие дела требует заполнения такого количества документации, ты бы еще раз подумал, а действительно ли ты хочешь быть копом?
ЭЛЕКТРОХИМИЯ — И кто ты теперь? Очередной скучный старикашка с девятичасовым рабочим днем. А ведь ты мог быть таким крутым. В дряхлой хижине на берегу рыбацкой деревни тепло. Там ничто не сможет отвлечь тебя от по-настоящему важных дел. Зажигать. Спиваться. Торчать.
ТРЕПЕТ [ЛЕГЕНДАРНО: УСПЕХ] — Нет. Ты уже коп. Это неизбежность. Ты нужен здесь. Обогрей холодные, промозглые улицы. Они — сиротки.
СУМРАК [НЕМЫСЛИМО: УСПЕХ] — Бойся событий апреля и кровопролития в мае.
— Дюбуа! — Жан недовольно смотрит на тебя из-за экрана радиокомпьютера. Ты понимаешь, что все это время бездумно пялился в линии бланков для отчетов. — Хорош прохлаждаться. Быстрее закончим — быстрее уйдем.
— Вам чем-то помочь, детектив? — спрашивает сидящий рядом Ким.
ЭМПАТИЯ — Не мешай ему. У него своя бюрократическая пытка: заполняет бумаги на официальный перевод в 41-й.
ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА — Бумажки — бред. Он уже один из вас. Мало кто по своей воле захочет быть лейтенантом в участке кровавых убийств.
СИЛА ВОЛИ [СЛОЖНО: УСПЕХ] — Ты справишься сам. Медленно, шаг за шагом.
— Да не, разберусь.
СТОЙКОСТЬ [ОПАСНО: УСПЕХ] — Разобрался. Ты же коп, как-никак. Рука водит по бумаге, рассекая разлинованные графы. Ход расследования, показания свидетелей, показания обвиняемого…
ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ — Чудо на западе. Расскажи им про чудо на западе.
ЛОГИКА [ЭЛЕМЕНТАРНО: УСПЕХ] — Ты не уверен, но кажется, полицейский отчет — не место для криптозоологических исследований.
ЭМПАТИЯ — К тому же, Морелл уже работает над статьей. Ее опубликуют с вашей фотографией.
РИТОРИКА — «Копы-криптозоологи».
ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ — «Чудо в тростнике».
Наконец, ты добираешься до конца бланка. Две отметки для подписей. Руководители отдела С, Гаррье Дюбуа и…
ВОСПРИЯТИЕ (ЗРЕНИЕ) — Подожди-ка, что это такое? Жан-Эрон Викмар?
ЛОГИКА [ПРОСТО: ПРОВАЛ] — Тут, должно быть, какая-то ошибка. Разве он не говорил, что его зовут Жан Викмар?
СУМРАК — Они все врут тебе. Никому нельзя, блядь, довериться.
ДРАМА [ОПАСНО: УСПЕХ] — Только не выдавайте зрителям своей дрожи, мессир. Начните издалека. Пользуйтесь информацией с умом. Играйте.
Ты щелкаешь пальцами и оборачиваешься на крутящемся стуле к Жану (Эрону?)
ЭМПАТИЯ — Ты еще ничего не сделал, но он раздражается заранее: привычка.
— Ты не Жан Викмар.
ДРАМА — Прекрасное начало. Резкое, шокирующе. Здесь нужна пауза: дайте фразе поразить их.
Ким и Жан остаются совершенно безучастными и даже не поднимают на тебя взгляда.
ДРАМА — Тяжелая публика.
— Ты Жан-Эрон Викмар.
— Невероятно. Ты сумел вспомнить второе имя своего напарника. Сейчас же выдайте Маллену звание майора.
РИТОРИКА — Острит, зараза.
— А почему тогда все называют тебя Жаном?
— По той же причине, по которой никто не зовет тебя Гаррье.
ВОСПРИЯТИЕ (ЗРЕНИЕ) [ОПАСНО: УСПЕХ] — Ты видишь, как его губы почти складываются в беззвучное «засранец».
САМООБЛАДАНИЕ [СРЕДНЕ: УСПЕХ] — Он сдерживается только из-за того, что рядом Ким.
— Обычно у людей есть предпочтительная форма их имени, — поясняет Ким. — Редко кто использует одновременно и второе, и первое имя.
— Спасибо, лейтенант Кицураги, — кивает Жан.
ЭМПАТИЯ — Впору говорить: «Спасибо, что вы есть, лейтенант Кицураги».
— Ну не знаю, звучит как-то… не концептуально. Разве мы должны ограничиваться в выборе имен?
КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ [ЛЕГЕНДАРНО: УСПЕХ] — Перед твоими глазами россыпью блестят десятки имен. И все они — твои. Некоторые из них ты выбрал сам, — как горящее лесным пожаром Текила Сансет, или броское, вызывающее, сверкающее золотым блеском буржуазии Рафаэль Амброзиус Кусто. Прочие, вроде Засранца или капитана Трезвости выбрали за тебя другие, недалекие интерпретаторы твоей воистину необъятной души. Но это все еще ты.
— Не всем суждено быть копами-суперзвездами. Скучные копы предпочитают носить одно имя. Радуйся, что ты один такой… — Жан силится подобрать формулировку, — с особенностями.
Ким незаметно улыбается.
— Справедливости ради, у большинства еще есть прозвище, — добавляет он.
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ [СРЕДНЕ: УСПЕХ] — Например, Ким «Пинбол» Кицураги.
— У тебя прозвище Пинбол, да, Ким?
— Нет, — отрезает Жан. — Есть разница. Это не прозвище, это оскорбление.
Ким кивает.
ЭМПАТИЯ — В глазах за стеклами очков отблеск благодарности. В 57-м участке с этим фактом никто не считался.
— Да, прости, Ким.
Викмар кидает взгляд в твою сторону. Мысленно отмечает, что после Великого Запоя™ у тебя хотя бы прибавилось чувства такта.
— Все в порядке, детектив. Иногда офицеры сами выбирают себе прозвище, но обычно оно закрепляется за ними само собой. Могу предположить, что одно из ваших прозвищ — Текила Сансет.
— Аки лесной пожар на горизонте, с алкогольным смрадом, — киваешь ты.
СИЛА ВОЛИ — Оставь Текилу Сансета гореть там. Тебе нужно двигаться дальше.
— Да. Текила смердит сильнее всех твоих прозвищ, — Викмар оборачивается к Киму. — Когда мы считали в последний раз, то у него их было порядка десяти. После Мартинеза прибавилось, как минимум, два. Рафаэль и Огненосец.
АВТОРИТЕТ — Как он тебя назвал?
— Огнеходец.
Жан закатывает глаза и бормочет себе под нос:
— Да-да, конечно.
АВТОРИТЕТ — Он что, блядь, не уважает Огнеходца? Поставь его на место. Немедленно.
СИЛА ВОЛИ [ОПАСНО: УСПЕХ] — Нет. В этом сейчас совершенно нет нужды. Просто двигайся дальше.
— А какое прозвище у тебя, Эрон?
Он игнорирует тебя и старательно набирает текст на радиокомпьютере.
ЛОГИКА [ПРОСТО: ПРОВАЛ] — Он просто не услышал. Скажи погромче.
— Эрон, я к тебе обращаюсь! Какое у тебя прозвище?
— Гарри, офицер Викмар хотел бы, чтобы вы обращались к нему «Жан», — шепотом говорит Ким, бросая осторожный взгляд в сторону медленно закипающего Викмара.
САМООБЛАДАНИЕ [СЛОЖНО: ПРОВАЛ] — Вовсе он не закипает. Смотри, какой серьезный: ему вообще все равно.
— Но почему? Мне больше нравится Эрон, — говоришь ты в полный голос.
— Потому что мне, блядь, не нравится Эрон, — произносит Жан сквозь стиснутые зубы и с силой вдавливает клавишу компьютера. После он берет себя в руки: нельзя так обращаться с казённым имуществом.
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ [СРЕДНЕ: УСПЕХ] — Второе имя часто дают в честь ближайшего родственника. Вероятно, отец или дедушка.
ГРУБАЯ СИЛА [ЛЕГЕНДАРНО: УСПЕХ] — Хо-хо, да кажется, у кого-то проблемы с отцом.
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ [СРЕДНЕ: УСПЕХ] — Не обязательно. Возможно, ему не нравится женская ассоциация с именем Эрон. Heron — в переводе с весперского, цапля. Их перьями в разные годы украшали дамские шляпки.
ГРУБАЯ СИЛА [ОПАСНО: УСПЕХ] — Хо-хо, да кажется, кого-то травили в школе.
ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ — Только ли в школе? Почему при этой мысли у тебя внутри появляется какое-то неприятное чувство?
ЭМПАТИЯ [ЭЛЕМЕНТАРНО: УСПЕХ] — Как бы то ни было, он будет очень благодарен, если сейчас ты не будешь об этом упоминать
— Хорошо, Жан. Какое у тебя прозвище?
— Вик.
РИТОРИКА [НЕМЫСЛИМО: ПРОВАЛ] — Мне даже нечего сказать. Ты просто страшно разочарован.
— Ну… это…
— Да-да. Полный отстой. Безумно скучно.
— Я рад, что ты сам это признал. Это облегчает дело.
— Нет, Гарри, это ничего не облегчает. Мне абсолютно нормально быть Виком.
КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ — А должно быть абсолютно не нормально.
— В этом и проблема. Тебе нормально, а должно быть зашибись. Тебе нужно духовное имя.
ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ — Которое скажет, кто он такой. Назовет его душу.
Жан вздыхает.
— Ну? Выдавай свои предложения, Маллен.
СКОРОСТЬ РЕАКЦИИ — Он будет в хорошем расположении недолго. Действуй быстро.
— Минутку. Я концептуализирую.
ВОСПРИЯТИЕ (ЗРЕНИЕ) — Ты внимательно окидываешь взглядом тридцатичетырехлетнего мужчину в рубашке с отглаженным воротником и растрепанными волосами. Его лицо изъедено оспой, а взгляд направлен в экран радиокомпьютера. Он усердно делает вид, что не замечает, как ты рассматриваешь его, будто бы в первый раз.
КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ [СЛОЖНО: ПРОВАЛ] — Эрон. Жан «Эрон» Викмар. Отличное прозвище.
— Эрон.
Он устало смотрит на тебя.
ЭМПАТИЯ — Он уже даже не злится.
— Я не могу поверить, что ты потратил на это минуту времени. Сдаешь позиции, Маллен. Раньше у тебя подъебы были хотя бы смешные.
ВОСПРИЯТИЕ (ЗРЕНИЕ) — Ким сидит, уткнувшись носом в бумаги. Он бросает короткий взгляд на часы — 18:05. Рабочий день окончен, но работы еще целая куча. Он кладет голову на стол и продолжает слушать ваши препирания.
РИТОРИКА [ЛЕГЕНДАРНО: УСПЕХ] — Защищайся!
— Это не был подъеб. Я концептуализировал. Понимаешь, Жан, твое прозвище это — концепция.
— Ну так изложи ее, черт возьми, — он фыркает.
КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ — Да он сечет.
— Тонконогая цапля на страже закона. Поистине героически скучный коп, которому на одном из заданий отшибло ген юмора. У него в шкафу — десяток экземпляров полицейской формы самых разных расцветок: от темно-серого до иссиня-черного. И еще: он не умеет улыбаться.
— Знаешь, как еще это называется?
— Ну?
— Депрессия.
РИТОРИКА [СРЕДНЕ: УСПЕХ] — Добрый вечер, сателлит-офицер Депрессия.
— И что, ты хочешь себе прозвище Депрессия?
— Нет, я хочу сказать, что твоя концепция — хуйня.
КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ — Мир жесток. Не все концепции выходят удачными. Смирись.
САМООБЛАДАНИЕ [СРЕДНЕ: ПРОВАЛ] — Или не мирись. Всплакни об этом. Чуть-чуть. Никто не осудит.
АВТОРИТЕТ [СРЕДНЕ: УСПЕХ] — Все осудят. Не падай в грязь лицом. Ты вышестоящий офицер, мать твою.
— Хорошо, тогда я придумаю прозвище Киму.
— Нет. С мира хватит на сегодня ваших концепций, — он качает головой. — Вам бы сделать творческую передышку, Гарри. До второго Рафаэля Амброзиуса Кусто вам пока еще далеко.
Он улыбается.
ЭМПАТИЯ [СЛОЖНО: УСПЕХ] — Он не против нового прозвища. Просто оно должно быть по-настоящему хорошим.
КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ — Сейчас твой гений, кажется, тебя покинул.
ВОСПРИЯТИЕ (ЗРЕНИЕ) — А еще гора бумаг перед вами уменьшилась едва ли на сантиметр.
ГРУБАЯ СИЛА — Мы можем просто ее разъебать.
— А пока давайте вернемся к работе, — говорит Ким, протирая очки.
ГРУБАЯ СИЛА [ЛЕГЕНДАРНО: ПРОВАЛ] — Или не можем.
— Это отличная идея, лейтенант, — бурчит Жан, потирая виски.
САМООБЛАДАНИЕ — Он может ворчать сколько хочет, но ему нужна была эта передышка. Вам всем.
ЭМПАТИЯ — Как давно вы говорили вот так? Не пытаясь задушить друг друга каждые десять минут? Он скучал.
ТЫ — По кому именно? По Маллену, Текиле, или…
ЭМПАТИЯ — Сложно сказать. По всем ним. Он скучал по своему напарнику Гарри Дюбуа, у которого какие-то вечные проблемы с самоидентификацией.
ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ — Нет. У тебя точно нет никаких проблем с самоидентификацией. Расскажи им про Траурного Какаду.
РИТОРИКА [ОПАСНО: ПРОВАЛ] — Да что вообще такое «работа»?
— Ладно, с прозвищами разобрались. А я вот недавно обнаружил свою геральдическую птицу. Вы хотите узнать про своих геральдических птиц?
ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА — Над куполообразной крышей 41-го участка разливаются рыжие сумерки. Сателлит-офицер Викмар массирует пальцами веки и старательно игнорирует, как его сорокачетырехлетний напарник Гарри Дюбуа размахивает перед ним украденным справочником по уходу за какаду. Лейтенант Ким Кицураги сдержанно улыбается и смотрит на белые полосы от аэростатов в небе. Это спокойствие перед бурей.
Капитан Птолемей Прайс насупившись стоит над дубовым столом в своем кабинете. Окидывает взглядом раскинувшуюся перед ним карту города. «Боже», — он потирает переносицу. В воздухе — дрожь перемен.
Лейтенант-ефрейтор Бердяева закрывает зип-пакет с уликой. В нем серебрится квадратная пуля. «Маллен сойдет с ума, когда увидит».
ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА — Это — твой последний приют. Ты часть этой семьи.
РИТОРИКА [СЛОЖНО: ПРОВАЛ] — А в семье, как говорят, не без… какаду?
СИЛА ВОЛИ — Не без какаду, не без копа-суперзвезды, не без Огнеходца и всех прочих наименований, звучащих на периферии твоего сознания. Сойдет любое название — неважно, выдумал его ты сам или другие. Главное: твое место здесь.
ПОЛИЦЕЙСКАЯ ВОЛНА — Среди названых братьев и сестер.
ТРЕПЕТ — В Ревашоле.
ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ — В мире, коронованном Серостью.