Work Text:
Порой — очень часто — Сириус без каких-либо на то причин вытворяет нечто неразумное. Например, превращается в пса, когда на прогулке попадается огроменный куст, услужливо укрывающий трансформацию от любопытных глаз. И получается так, что Ремус, в конечном итоге, оживленно разговаривает уже не с человеком, а с собакой, после чего чувствует неотвратимо-подозрительный взгляд маггловского полицейского, сверлящий с другой стороны улицы.
Но Сириус упрям и не желает скидывать свою анимагическую сущность, поэтому Ремус входит в первый попавшийся ближайший магазин, оставляя Сириуса сидеть снаружи. Он тратит деньги — которые потом обязательно кое с кого спросит — на покупку дешевых ошейника и поводка. Ему приходится долго возиться с игривым Бродягой в попытке надеть и застегнуть ошейник, при этом не зацепив густую черную шерсть. Сириусу пару раз удается свалить его с ног, из-за чего Ремус ворчит:
— Прекрати… ты тяжелее, чем думаешь.
В ответ Сириус принимается его облизывать, Ремус же малодушно замечает, что не встречайся Джеймс с Лили, то тот мог бы спасти сейчас своим присутствием от этого монстра. Сириус вываливает язык, и Ремус добавляет:
— Видишь, я как раз к этому и веду. Джеймс никогда не стал бы меня облизывать.
Сириус резко вскидывается, чуть ли не срываясь с поводка, и прыгает к нему на руки, пытаясь дотянуться до лица облизать и его. Ремус вовремя уворачивается, пятясь, и едва не падает.
Он ведет Сириуса в парк несколькими кварталами ниже, и в момент, когда спускает его с поводка, Сириус тут же мчится к деревьям, петляя между ними. Он молнией несется обратно с теннисным мячиком в пасти, и Ремус упирает руки в бока:
— Лучше бы этому мячу не быть украденным.
Сириус опускает его у ног Ремуса, звонко лает и виляет хвостом, как бешеный. Ремус возводит глаза к небу и подбирает мяч: спорить с Бродягой — гиблое дело.
На улице слишком жарко для игры в мяч с собакой, которая никакая не собака. И если у них нет каких-то определенных планов на сегодняшний день, то это никак не значит, что ему нравится заниматься этим. К тому же до этого Сириус говорил Питеру, что тот не может с ними пойти, потому что у них двоих есть «важное дельце»…
Ремус устраивается под деревом на мягкой траве. Прохлада тени после удушливого летнего пекла как благословение, и он лениво бросает мяч не дальше нескольких метров. Сириус возвращается слишком быстро, поэтому в следующий раз Ремус запускает мяч со всей силы.
Ожидая, когда его лучший друг принесет в пасти мяч, он слышит, как с ним кто-то заговорил:
— Привет.
Ремус оборачивается и видит симпатичную молодую женщину с копной рыжеватых волос и маленькой чихуахуа в руках. Джинсы на бедрах сидят слишком низко, топ демонстрирует плоский живот, а с макияжем и вовсе явный перебор.
Но вежливый Ремус, поднимаясь на ноги, все же отвечает:
— Здравствуйте.
— У вас милый пес, — кивает женщина в сторону Сириуса, который несется обратно с мячом в зубах. — Как его зовут?
— Бродяга, — без колебаний отвечает Ремус. Он хочет добавить еще что-то, даже рот приоткрывает для этого, но его прерывает Сириус, лая и снова чуть ли не сбивая с ног. Сириус встает на свои четыре и, ткнувшись мордой в пах Ремуса, начинает утробно рычать. Ремус краснеет, пораженно раскрыв рот, и посылает женщине извиняющийся взгляд. Та довольно странно смотрит на него, шокированно и с немалой долей отвращения.
— Эм-м-м, прошу прощения. Он у меня немного собственник…
— Н-н-ничего страшного… — заикаясь, произносит она, но останавливается, когда Сириус, встав на задние лапы, с более тщательными потугами пытается повалить Ремуса наземь. Ему это удается, и когда Ремус оказывается на спине, Сириус взбирается на него всей тушей, из-за чего женщина пораженно вздыхает:
— Господи! Вам нужна помощь?
— Нет, все в порядке, — кряхтит Ремус, пытаясь скинуть с себя Сириуса, после чего добавляет, сверля того выразительным взглядом. — Мне просто стоит его кастрировать, всего-то.
Но Сириус не замечает этого — он слишком занят важным делом, вылизывая и топчась на Ремусе. И женщина пользуется этим как предлогом для побега. Сириус не прекращает своих действий, пока она не скрывается из виду в глубинах парка, и только тогда, рыча, впивается зубами в рукав и тянет Ремуса в сторону кустов. Ремус пытается вывернуться, но Сириус слишком силен, и поэтому остается лишь сдаться, не радуясь перспективам тратиться еще и на новый свитер.
Когда они скрываются за зеленью кустарников, перед Ремусом снова оказывается Сириус в человечьем обличье, срывая с себя ошейник. И прежде чем Ремус может понять, что вообще происходит, на него с ворчанием надевают этот самый ошейник:
— Кажется, тебе он нужнее. Где ты там поводок оставил?
Как только Сириус заканчивает с ошейником, Ремус отталкивает его, все такой же красный от румянца.
— Это смешно, она ведь просто поговорить подошла!
— Она в штаны твои залезть хотела.
— С ее стороны даже намека на это не было!
— Да все по взгляду ее понятно было.
— Знаешь, не все такие же озабоченные, только и думающие, с кем бы переспать, — закатывает глаза Ремус.
Сириус на мгновение выглядит почти шокированным.
— Ни с кем я не пытаюсь переспать! — восклицает он, затем по-волчьи скалит в улыбке зубы и добавляет: — Только если с тобой.
Ремус снова заводит глаза, но не отстраняется, когда Сириус тянется к нему за поцелуем. Вероятно, потому, что именно за этим он и хотел провести день, да и вес Сириуса-человека ему более по плечу. Теплый Сириус пахнет мускусом и травой, в которой недавно валялся. Он, со взъерошенными длинными волосами и в смятой рубашке, без каких-либо заметных усилий губит Ремуса, топит в себе. Когда он пытается разорвать поцелуй, Ремус не дает этого сделать, не желая терять контакт.
— Ты бы действительно предпочел провести этот день с Джеймсом? — мурлычет Сириус, все же отстранившись.
— Ты знаешь, что нет, — шепотом бормочет Ремус.
И Сириус притягивает его к себе за ошейник.