Work Text:
Про то, что они теперь "вместе", по другому вместе, не как раньше, не так, как было всегда - никому не стоит знать. Никому на всём белом свете.
Опасность огласки настолько страшна, что обсуждать не хочется. Даже когда они, казалось бы, всё решили для самих себя, неправильность их связи в глазах других, словно мутное облако, висит между ними. Стоит только задуматься о последствиях, и сразу бросает в дрожь.
Свидания, как их представляют себе остальные ровесники, для них под запретом. Оба понимают, что мир никогда не примет их такими, как они есть - но обоим безумно хочется хотя бы притвориться, что они чуть-чуть менее ненормальные.
Поэтому они выбирают давно не популярный, почти заброшенный парк развлечений. Дерзко держатся за руки, стоя в очереди за билетами на заметно проржавевшее колесо обозрения, стараясь не оглядываться по сторонам, не ранить себя осуждающими взглядами случайных незнакомцев. Эти люди не знают, что они братья (хотя догадаться не сложно), и всё равно готовы их проклясть за то, что на этом свидании ни один из них не девушка.
Младенческие забавы, детские игры, подростковое соперничество, они переросли всё это. Во что всё это переросло?..
- Подходящая метафора, - устало цедит Рёске, уставившись на обветшавшую карусель. - Так хорошо спроектировано, отлично задумано, должно было работать как положено. А обернулось тоской и разрухой. Тленом и темнотой.
Харуичи слышит невысказанную боль, страх и печаль. С годами брат стал суше, жестче, но вместе с тем понятнее - и от того уязвимее.
В крохотной кабинке колеса обозрения неуютно, ледяной ветер, забравшись в щели пластиковых щитов, рассыпает мурашки по телу. Рёске смотрит в стену, сильные плечи поникли, ладони стиснуты в кулаки.
Харуичи соскальзывает с жесткого сидения, опускается на колени, накрывает дрожащими пальцами руки брата.
- Посмотри, там, за окном, так много прекрасных огней.
Рёске вздрагивает, как будто успел забыть, что он тут не один. Поворачивается к окну.
- Вывески магазинов, светофоры, рекламные щиты, огни клубов, фонари пустынных улиц... В этом городе есть место всем. Я знаю, здесь найдется место для нас. Просто попробуй поверить в это.
Он почти не ждет ответа, почти готов к отказу. Внутри холодной змеёй вокруг сердца обвивается что-то, похожее на страх. Кабинка колеса обозрения равнодушно поскрипывает, поднимаясь всё выше. Наверно, эти стены слишком многое повидали на своем веку, их уже даже этим не удивить.
Губы Рёске дрожат, хочется согреть их своим дыханием, но еще больше хочется услышать ответ.
Харуичи загадывает про себя: "Если брат ответит до того, как вот та ярко-розовая рекламная вывеска скроется за крышей торгового центра... Что бы он ни ответил, в этот раз у нас обязательно получится!"
Колесо скрипит и крутится. Огни мигают и пропадают из вида. Харуичи ждет, забывая, что надо дышать.
Рёске наконец-то смотрит прямо на него и отвечает.
Колесо почти завершило свой оборот, мозолистые пальцы запутались в гладких волосах, а слов им и не надо, чтобы понять друг друга.