Work Text:
— Беги, — с тихой угрозой говорит ему Рюи-семпай, и Акахоши чувствует, как поднимаются волоски на затылке, словно от статического электричества. Сегодня они впервые проиграли. Глупо, бездарно, на последней минуте. Рюи отбил слишком низко, и Акахоши не успел добежать до базы. Не его ошибка, но кому это интересно. Рюи — капитан, а Акахоши зелёный новичок, всего полтора месяца в команде.
— Беги, пока я даю тебе возможность.
«Шипит как рассерженная змея», — думает Акахоши, сейчас скажет ещё что-нибудь, надо обратить внимание на язык, вдруг он у него тоже как у змеи — узкий и раздвоенный на кончике. Мысли глупые и пустые, но Акахоши готов думать о чем угодно, только бы отвлечься от липкого чувства страха и ожидания. Все знают, Рюи никогда не кричит, если действительно зол.
— Смелый, да? — щурится в усмешке Рюи, и глаза у него бешеные. — Ну как хочешь, смелый.
Акахоши вдруг очень жалеет, что не сбежал, но сейчас уже поздно — ноги отнялись.
Команда заходит в раздевалку молча и как-то сосредоточенно, будто репетировали. На секунду Акахоши кажется, что это хорошо, что при них Рюи ничего не сделает. Эту глупую надежду выбивают из него первым же ударом под дых. Бьют все вместе. Такие азартные лица Акахоши видел у них только на поле. На несколько первых ударов он пытается ответить, но его почти сразу же сбивают на пол, силы слишком неравны. Остается только подтянуть колени к груди и закрыть голову руками. От вкуса крови во рту тошнит.
Через месяц, когда ребра почти зажили, а лицо перестало походить на самую уродливую маску театра Но, он официально уходит из команды и у него появляется мечта. Акахоши раньше никогда не думал, что мечта может родиться из злости, ненависти, из яростного желания отомстить, но эта как раз такая. Мечта попасть в Высшую лигу. Стать профессионалом и не просто профессионалом — звездой. По ночам ему снится, как Рюи и остальные бывшие сокомандники тянут ему листочки для автографов, стоя в толпе восторженных фанатов. «Помнишь меня? — кричит Рюи. — Я твой семпай!» Нет, не помню, равнодушно пожимает плечами Акахоши и проходит мимо.
Он тренируется каждый день. Сначала самостоятельно, потом с бейсбольным клубом университета — недостижимая мечта для школьника. Ребята из команды не забывают время от времени подчеркнуть, как же ему повезло, но Акахоши знает, что везение здесь ни при чём, его бы не взяли, если бы он не был действительно хорош.
Полгода спустя своим тупым упрямством и настойчивостью ему удается завоевать уважение тренера и многих игроков. Его почти начинают считать «своим». Только ему это не нужно. Он тренируется не для этого. У него есть мечта. Верит ли он, что она сбудется? Не особо. Но остановиться всё равно не может. Однажды после тренировки один из игроков (честно говоря, Акахоши за полгода так и не запомнил его имени) протягивает ему пачку сигарет. Он пожимает плечами и безразлично берёт одну. После первой затяжки кашляет минуты две под общее веселье подтянувшейся команды. Вторую затяжку он делает из чистого упрямства — получается лучше, а третья — даже нравится.
Теперь ему легче врать себе, что постоянная горечь во рту — это от сигарет.
* * *
В высшую школу он переходит как-то незаметно для самого себя. Просто теперь каждое утро выходить из дома приходится на десять минут раньше, зато на тренировки добираться даже ближе. Нормально. На второй неделе классный подсовывает им бланк записи в кружки и секции. Акахоши по опыту знает, что надо что-то выбрать, иначе учителя потом не отстанут. Бейсбольная команда стоит почти в самом конце списка, и это говорит сразу о многом. Он мрачно усмехается и вписывает свое имя в графу напротив. Судя по слухам, уровень подготовки команды нулевой. После того скандала с дракой во время игры в клубе осталась только кучка придурков под руководством ещё одного придурка, да и Акахоши, в общем-то, без разницы, какой там у них уровень. Тренироваться он всё равно с ними не собирается.
Оказывается, что если ходить через бейсбольное поле, можно сэкономить пять минут на дорогу. Ещё одно существенное преимущество — команда от его променадов туда-сюда через калитку бесится как бык от красной тряпки. И эти лузеры ещё мечтают о Кошиене*. Капитан каждый раз упорно зазывает его тренироваться с командой, как будто Акахоши с самого начала недостаточно ясно сказал — «отвалите». И тренер их — псих, туда же — «какая у тебя мечта?! какая же у тебя, Акахоши, мечта?». Акахоши так офигел от уровня пафоса и пропаганды, что взял и сказал им о Высшей лиге. Никому еще не говорил, а им вывалил. Вот так, заткнитесь со своим Кошиеном! Но стало только хуже, конечно. Эти дебилы заржали как больные, мол, не хочет ли он стать королевой Британии или президентом США. Правда, тренер их быстро осадил, начал кричать что-то типа «не смейтесь над чужими мечтами!». Такого бреда Акахоши в жизни не слышал. Да лучше бы он записался в кружок по чайной церемонии, чем в эту секту.
У первых классов выхода на крышу ещё нет, не доросли, поэтому курить ему приходится за школой, где территория примыкает к какому-то захламлённому переулку, но Акахоши это даже нравится — народу там мало, а значит, к нему никто не пристает с глупыми вопросами и предложениями.
— Акахоши, — ну, никто не приставал, до этого момента. Капитан горе-команды, как его там, Микоши — Микосиба, и здесь его нашел. Да что ему, блин, нужно? Неужели опять в команду звать пришёл. Акахоши даже не сразу замечает, что тот протягивает ему недавно потерянный школьный пропуск, тот самый, где записано время и место тренировок с командой университета.
— Значит, ты все-таки тренируешься?
Ну, начинается. Сейчас будет вербовать — тренируйся с нами, приходи в команду. Да ни-за-что.
— Бросай курить, это помешает тебе попасть в Высшую лигу, — вместо этого говорит капитан, и Акахоши чувствует, как на него накатывает внезапная волна злости. Как будто ему есть дело!
— Не похоже, что до этого ты мне верил, — ядовито огрызается он и встаёт, чтоб убраться подальше от этого нудного дурака.
Микособа ещё что-то кричит ему в спину, но Акахоши плевать, он раздраженно дёргает рукой с зажатой сигаретой и, вот ведь — удача его любит — обжигает проходящего мимо отморозка.
«С одним я бы ещё справился», — успевает подумать Акахоши, но отморозки, как полагается, поодиночке ходят редко. Дальше всё происходит как в быстрой перемотке неинтересного, с заведомо скучной концовкой, фильма. Он кого-то бьёт, его кто-то бьёт. Железной палкой по ногам. Больно. Зато песком в лицо идея хорошая, жалко бесперспективная. А потом перемотка выключается так же резко, как и включилась. Грёбаный капитан грёбаной команды, в которой он, мать вашу, даже не состоит, бросается сзади на парня, размахивающего палкой, блокируя ему руки, и кричит:
— Беги!
Акахоши застывает на месте от острого чувства дежавю. Все внутренности будто скручивают в узел и обливают кипятком. Колени дрожат так, что невооруженным глазом видно.
— Я говорю, беги! Получишь травму, больше никогда не сможешь играть в бейсбол.
— Даже если вы будете в отчаянье, я не буду играть с вами! — огрызается Акахоши со всей злостью, накопленной за год. Да, он хотел сказать это не тому и не тогда, но на секунду ему становится легче дышать.
— Ты нам и не нужен. Ты же в Высшую лигу собрался? Вали отсюда!
Микосиба, повисший на плечах у бугая в два раза крупнее, чем он сам, похож на маленького целеустремленного бульдога. Если подумать, смотрится, наверное, забавно, но Акахоши не смешно. Он в панике. Не из-за возможности быть избитым (за последний год ему не раз доставалось), а из-за того, что он не понимает. Почему этот малознакомый парень за него вступился? Почему?!
— Что за…
— Проваливай, говорю! У тебя же есть мечта! — кричит тот, цепляясь за своего противника из последних сил, но Акахоши просто не может заставить себя сдвинуться с места, не может отвести глаз. Этот парень борется сейчас за его мечту сильнее, чем он сам когда-либо. Большинство людей вообще не верит в такие мечты. Да что там, он и сам не верит. Как же так…
Ступор отпускает его только тогда, когда окончательно разозлённый отморозок всё-таки стряхивает с себя Микосибу, тот отлетает прямиком на строительный стеллаж и откуда-то сверху на него дождём сыплются металлические балки.
За те пять секунд, что нужны Акахоши, чтобы добраться до неподвижно лежащего тела, он от ужаса чуть не проглатывает своё глупое сердце.
* * *
Вся команда, столпившаяся у койки Микосибы, терпеливо ждёт приговора для своего капитана. Акахоши тоже ждёт, правда в палату зайти так и не осмеливается; стоит в коридоре, прислонившись к стене. Врач беспомощно пожимает плечами — перелом левой ноги заживёт только через месяц. Восстановление займёт ещё месяц. Это значит, летние предварительные матчи... Кто бы знал, как Акахоши хочется ворваться внутрь и накричать на этого идиота: «О чем ты, блять, думал, когда полез меня защищать?!».
Ещё больше ему хочется дождаться, пока все уйдут, и просто посидеть молча рядом. Акахоши не обманывается улыбчивым «всё в порядке», заготовленным для команды, он видел, как без обезболивающего у Микосибы выступает пот на висках, как он дышит неровно и хрипло.
— Путь к победе лежит через веру и мужество. Верно, сенсей?
Акахоши даже через стену чувствует, как Микосиба улыбается своей команде, и ему впервые кажется, что это не такая уж и ересь.
Ушиб на ноге проходит через неделю, все эти семь дней он чувствует себя сталкером-извращенцем, потому что ходит в больницу не на терапию, как врёт родителям, а к Микосибе. Они не разговаривают, Акахоши даже в палату к нему не заходит, просто уже привычно стоит в коридоре и слушает, как Микосиба потихоньку пытается ходить с костылями, как умоляет врача начать физиотерапию, как тихо плачет от боли, когда думает, что никто не слышит. Акахоши стыдно, что он подслушивает что-то настолько интимное, но заставить себя уйти он не может.
На второй день после выписки, когда предлога посещать больницу у него больше нет, Акахоши, в каком-то ступоре, привычно идет тренироваться на стадион университета, и вот там его накрывает. Он орёт на тех, кто позволил себе посмеяться над мечтой о Кошиене, бросает им под ноги спортивный университетский пропуск, заработанный потом и кровью, и уходит, не жалея ни секунды.
Он сам просится в школьную команду и обещает защищать вторую базу до тех пор, пока капитан не вернется. Микосиба мечтает о Кошиене, и Акахоши сделает все, что в его силах, чтоб эта мечта сбылась.
У него тоже есть мечта. Он хочет попасть в Высшую лигу. Не из-за ненависти, не чтобы кому-то отомстить. Он просто хочет это для себя. Вот так.
Акахоши доходит до кромки бейсбольного поля, останавливается и нащупывает сигареты в кармане. Курить хочется жутко. Он вынимает пачку, сминает её и отбрасывает подальше. Вдалеке виднеется та сама калитка, через которую он сбегал на тренировки и на которую потом сам, лично, повесил табличку «Вход в Высшую лигу». Он мысленно начинает отсчёт — раз, два, три, а потом весело усмехается и бежит.